ЖЫЛНААМА: ТҮРКЕСТАН 1916

1916 ГОД. ХРОНИКА КРОВАВОГО ПОВЕЛЕНИЯ. 11 ДНЕЙ ДО ВЫСОЧАЙШЕГО СОИЗВОЛЕНИЯ

14 июня 1916 года. Хроника Кровавого Повеления. 11 дней до Высочайшего соизволения…


14 июня 1916 года два главных оппонента по вопросу о порядке привлечения инородцев к тыловым работам встретились лично. Согласно Особому журналу Совета Министров от 3 и 6 мая и 14 июня 1916 года № 104 в тот день состоялось заседание Совета Министров, в котором участвовали и Военный министр генерал от инфантерии Д.С. Шуваев и министр внутренних дел Б.В. Штюрмер, причем последний вел заседание, так как он совмещал министерскую должность с постом Председателя Совета Министров.

Как следует из Особого журнала № 104 темой заседания был тот самый вопрос, по которому вот уже почти две недели два министерства вели оживленную переписку. Совет Министров совещался «По вопросу о пополнении рабочих дружин, предназначенных для производства работ по устройству оборонительных сооружений и военных сообщений в ближайших к фронту местностях«.

Казалось бы, именно в ходе этого совещания, где кроме названных министров присутствовали первые руководители других ведомств, и должны были быть расставлены все точки над i, выявлены все риски и учтены все возможные негативные последствия набора инородцев, и, наконец, принято единственно правильное решение. А иначе зачем выносить этот вопрос на самый высший уровень управления Российской Империей, да еще в третий раз за два месяца? Но это только нам — людям, считающим, что в высших эшелонах власти царствуют законы логики, государственной целесообразности и здравого смысла, — так кажется.

Потому что, когда начинаешь внимательно читать Особый журнал, то приходишь в полное недоумение: дело в том, что в трехстраничном документе слово «инородцы» или какие-либо иные слова, обозначающие тех самых жителей окраин, которых собирались использовать для тыловых работ, … упоминается всего лишь дважды, когда речь заходит о высочайше утвержденном 24 марта 1916 года решении отсрочить на неопределенный срок принятие законопроекта о распространении на инородцев всеобщей воинской повинности. О том же, что теперь этих людей предлагается использовать в качестве тыловых рабочих нет в «Особом журнале» нет ни слова!  Зато в тексте Особого журнала в качестве возможного контингента для выполнения тыловых работ упоминаются и беженцы с захваченных врагом территорий, и жители Великого Княжества Финляндского, и менониты и даже «желтый труд». То есть, о говорится о ком угодно, кроме той огромной массы русско-подданных инородцев, жизнь которых в реальности собирались кардинально нарушить собравшиеся министры.  Никакого отражения той напряженной борьбы мнений, которую вели два министра в эти дни, в журнале нет категорически.

Прочитав три раза Особый журнал № 104 смею утверждать, что все, написанное в нем, это переливание из пустого в порожнее: там нет ни формулировки стоящих перед правительством задач, ни предложений по их решению.

Но каждый «Особый журнал» должен обязательно заканчиваться конкретным предложением и испрошением монаршего согласия на его реализацию. И Особый журнал имеет такой абзац: вот он:

В соответствии с изложенным Совет Министров полагает:

Общее руководство делом снабжения потребной рабочей силой производящихся в районе театра военных действий работ по устройству оборонительных сооружений и военных сообщений возложить на Военного Министра по соглашению с Начальником Штаба Верховного Главнокомандующего и при ближайшем участии, в подлежащих случаях, Главных Начальников прикосновенных ведомств, с тем, чтобы соответственные распоряжения направлены были в первую очередь на те разряды населения, привлечение которых для указанной надобности наименее отражалось бы на общегосударственных интересах.

Таковое заключение свое Совет Министров всеподданнейшим долгом почитает повергнуть на ВЫСОЧАЙШЕЕ ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА благовоззрение.

Вот такое предложение: возложить все это многотрудное дело на Военное министерство и рекомендовать ему вести дело так, чтобы (вспоминая классику) «…это предприятие или, чтоб еще более, так сказать, выразиться, негоция…» не оказалась «…несоответствующею гражданским постановлениям и дальнейшим видам России». О роли в этом деле Министерства внутренних дел или лично Председателя Совета Министров вообще ни звука, как будто МВД вообще здесь не при чем.

Разве это не поразительно? Все эти пустые словеса заносятся высшим органом государственного управления Российской империи в Особый журнал в те дни, когда участниками совещания уже поименно и окончательно названы все «разряды населения, привлечение которых для указанной надобности наименее отражалось бы на общегосударственных интересах« (см. Записку Главного штаба «О привлечении к воинской повинности освобожденных от неё инородцев для службы в рабочих дружинах» и обзор событий 13 июня 1916 года Хроники Кровавого повеления). То есть на суждение царя, выносится вопрос, который уже однозначно решен, но при этом те проблемы, по которым возник жесткий спор, вообще не упоминаются.

В обзоре событий 10 июня 1916 года была представлена выписка из проекта Особого журнала по тому же вопросу … «о пополнении рабочих дружин…», составленного на основании двух майских заседаний Совета Министров, то есть без учета обсуждений, состоявшихся 14 июня 1916 года. Если сравнить два документа, то получается, что на заседании 14 июня министры никаких новых предложений не внесли и вообще ничего не изменили. То есть содержание той крайне напряженной переписки по данному вопросу, которая шла между военным министерством и министерством внутренних дел, никакого отражения в Особом журнале не получило. Встает вопрос, так чем же занимались министры на заседании Совета Министров?

Этот вопрос становится еще более обоснованным, когда обращаешь внимание на дату, когда Николай II собственноручно начертал на «Особом журнале № 104» свое «Согласен». А сделал он это… 30 июня 1916 года, то есть через 5 дней после того, как злосчастное повеление уже было подписано и даже было запущено в реализацию!

Ну что тут можно предположить? Самое просто объяснение, наверно, таково: к моменту представления «Особого журнала № 104 Николаю II сановники уже добились желаемого — Государь подписал тот текст Повеления, который ему подсунули министры. А если проблема решена, то зачем было еще раз напоминать о каких-то инородцах, об окопных работах, и вообще о том, что в это время происходило на далеких окраинах Российской империи? Вот гофмейстер Б.В. Штюрмер и решил: у батюшки-царя и так хлопот хватает, он занят войной и не надо его тревожить по пустякам.

Но возможен и другой вариант. Возможно, что одна или обе стороны спора решили, что вынесение столь острого межведомственного конфликта на суждение других членов Совета Министров чревато непредсказуемыми последствиями. Во-первых, коллегиальное решение могло оказаться не компромиссным, а категорически неприемлемым для одной из сторон, а во-вторых, такое «вынесение сора из избы» могло повлечь падение авторитета каждой из сторон. Исходя из таких взглядов, логично предположить, что свободное обсуждение вопроса о порядке привлечения инородцев было более опасно для министра внутренних дел Б.В. Штюрмера и потому было пресечено … Председателем Совета Министров Б.В. Штюрмером. Это тем более возможно, так как, во-первых, именно он обладал полномочиями определять повестку дня и ход заседания, а во-вторых, потому, что его позиция, безусловно, была более уязвимой.

В этом случае Особый журнал № 104 на самом деле отражал содержание обсуждения, состоявшееся 14 июня 1916 года. Только вот обсуждение это было абсолютно пустопорожним и ничего не решило. Но при этом у Государя должно было сложиться впечатление, что вопрос о призыве инородцев обсуждался на самом высшем уровне и принятое решение выработано всеми министрами коллегиально.

Как бы то ни было, о том, что реально произошло на заседании Совета Министров 14 июля 1916 года мы можем только предполагать. Искать в «Особых журналах Совета Министров» правдивое отражение реальных слов и дел — наивно. Особенно, если эти дела пахнут кровью и деньгами. Ведь эти «Особые журналы» составлялись исключительно для Государя, а всех прочих любопытствующих это не касалось. А государя надо беречь, и прежде всего от всяких проблем. Выражение «Свита делает короля» приобретает еще одно, не вполне лояльное по отношению к монарху значение.

Поэтому в следующих обзорах нашей Хроники Кровавого Повеления мы снова вернемся к содержимому Дела № 3/916, под кроваво-красной обложкой которого скрыты истинные намерения Министерства Военного и Министерства внутренних дел Российской Империи.


< ЧИТАТЬ: ЗА 12 ДНЕЙ ДО…                                                                                       ЧИТАТЬ: ЗА 10 ДНЕЙ ДО… >


Автору
Владимир Шварц

Пикир кошуу

Сиздин e-mail жарыяланбайт Милдеттүү талаалар белгиленген *