1916: CHRONICLES

1916 ГОД. ТУРКЕСТАН. ХРОНОЛОГИЧЕСКИЙ ОБЗОР. ДЕНЬ 6

ДЕНЬ ЗА ДНЕМ — события ровно 100 лет тому назад. 20 июля 1916 года по новому стилю. 7 июля по старому стилю.  Драма разворачивается. Наступил день 6-й.


ЛЕТОПИСЬ Туркестанской Смуты

Дата:7 июля 1916 года, четверг
Место действия: Вся территория Туркестанского генерал-губернаторства

1913-10-05-turkestanskaya-znat-na-otkrytii-roВ “коренных” областях Туркестана – Сыр-Дарьинской (административный центр области и края – Ташкент), Самаркандской (административный центр – Самарканд), Ферганской (административный центр – Скобелев) – и власть, и туземное население и обыватели готовятся к протестным выступлениям. Практически ни у кого нет сомнения, что они последуют. Всем ясно, что потребуется военная сила для усмирения. Поэтому власти края и этих трех областей мучаются вопросами: где и когда вспыхнут первые бунты? Против кого будет направлена ярость масс?  Насколько организованным и единовременным будет протест? И главный вопрос – хватит ли имеющихся в наличии войск? Старые туркестанцы и опытные администраторы – Галкин, Лыкошин и Гиппиус – держат руку на телефонном аппарате, все гарнизоны в боевой готовности.

В этот день снова вспыхивает в Самаркандском уезде Самаркандской области – на сей раз в населенном пункте Дагбит . Опять пролита кровь, и опять туземная, но на сей раз убийство совершает толпа, а жертвой становится администратор, осуществлявший переписку. Естественно, что повод для убийства, – несправедливость при формировании списка.

В областях с высокой долей кочевого населения такой остроты нет. Администрация, особенно в Семиречье, скорее спокойна, чем напряжена. Генерал-лейтенант М.А.Фольбаум, хотя и ведет переговоры с военными, но в душе считает, что “его киргизы” не посмеют восстать, тем более, когда в области столько казаков. Генерал-майор Н.К.Калмаков, не имеющий в распоряжении казачьего ресурса, больше надеется на силу убеждения и здравый смысл туркмен. На уровне уездных начальников такой успокоенности нет, пообщавшись два-три дня с представителями коренных сообществ, им совершенно ясно: ожидания, что туземцы выполнят все “добровольно и с песнями”, были утопией.

Дата:7 июля 1916 года, четверг

Место действия: Самаркандская область

В Самаркандской области, в отличие от ферганского коллеги А.И.Гиппиуса, в некоторых уездах, тоже притормозили формирование списков, не поднимая шума, и тем самым снизив накал протестов, о чем сообщает начальник Катта-Курганского уезда полковник Н.М.Росс (документ № 54 Сборника 1960 г.):

Катта-Курганский уездный начальник донес нижеследующее: настроение населения в городе и уезде выжидательное. Все ловят всякие сведения из Самарканда, Ташкента и других крупных центров и обсуждают их. Распоряжение о приостановке составления реквизиционных списков предупредило возникновение вероятных беспорядков.

Военный губернатор Самаркандской области Н.С.Лыкошин, обсудив с начальниками уездов стоящие перед ними проблемы, информирует Штаб Туркестанского военного округа (документ № 55 Сборника 1960 г.):

«…На добровольное подчинение туземцев вряд ли можно рассчитывать… Я ожидаю, что во многих местах население решительно откажется сделать наряд рабочих добровольно и придется произвести реквизицию с применением воинской силы.
Уездные начальники, которых я спрашивал, сколько им может понадобиться солдат для проведения в исполнение высочайшего повеления в реквизиционном порядке, доложили мне следующее: Полицмейстер г. Самарканда рассчитывает воспользоваться войсками гарнизона г. Самарканда, вернее теми 200 чел. пехоты и 50 казаками, которых начальник гарнизона генерал-майор барон Майдель может дать в распоряжение администрации при сохранении нарядов по охране города. Самаркандскому уездному начальнику нужна одна рота пехоты и 10 казаков, и, если можно, то хоть один пулемет. Катта-Курганскому уездному начальнику нужна одна рота пехоты, 10 казаков. Ходжентский уездный начальник просит дать ему по одному пулемету в города Ходжент и Ура-Тюбе и полсотню казаков. Джизакскому уездному начальнику, ввиду разбросанности кочевого населения по степи, может понадобиться только сотня казаков. Все эти предположения вызваны при условии пользования и войсками городов Ходжента, Джизака и Катта-Кургана. По агентурным, еще не проверенным пока сведениям, установлено, что из г. Самарканда послано письмо агитаторов в Гиссар и в г. Шахризяб к некоему влиятельному Агалуку с просьбой выяснить настроение населения и сообщить: примут ли бухарцы соседних с ними бекств участие в общем восстании, если таковое поднимется (по поводу наряда рабочих) в Самаркандской области. Если бы такое предположение наших туземцев осуществилось, то, конечно, для подавления беспорядков понадобилось бы войск значительно более, чем их имеется в гарнизонах. Ввиду всего вышеизложенного полагаю необходимым удвоить все гарнизоны в городах области и добавить еще в распоряжение администрация войска по вышеприведенным требованиям уездных начальников.

В тот же день  военный губернатор Самаркандской области ставит в известность и.д. Генерал-губернатора М.Р.Ерофеева о том, что готов применить силу и предупреждает о неизбежных последствиях, в том числе и для “почтенной публики”  (документ № 54 Сборника 1960 г.):

 “я ожидаю, что во многих местах население решительно откажется сделать наряд рабочих добровольно и придется произвести реквизицию с применением воинской силы.
О потребности для этого войска я сообщил и. д. начальника штаба округа сего числа за № 373, а от вашего высокопревосходительства буду ожидать распоряжения приступить к реквизиции рабочих с помощью войсковой силы в тех местах и обществах, где население откажется добровольно выставить рабочих. Применение воинской силы при реквизиции может вызвать всевозможные эксцессы и нарушить мирное течение жизни и торговли.
Базары перестанут привлекать к себе народ, во многих местах прекратится всякого рода торговля, даже торговля съестными припасами, которая целиком почти находится в руках туземцев, поэтому реквизиция рабочих, по всем вероятиям, вызовет также и необходимость повсеместной реквизиции продуктов первой необходимости для продовольствия войск и русского населения. На это я заранее испрашивал разрешения вашего высокопревосходительства… “

В июльском самаркандском воздухе запахло грозой. Первые молнии уже сверкнули в Ходженте (см. День 3) и  Ургуте (см. День 5), теперь загромыхало в Дагбите.

Дата:7 июля 1916 года, четверг
Место действия: пос. Дагбит, Самаркандский уезд, Самаркандская область

О происшедшем в четверг в Дагбите. В донесении с грифом “Совершенно секретно” от 12 июля военный губернатор Самаркандской области докладывает Генерал-губернатору Туркестана, со слов уездного начальника полковника А. И. Мартинсона ”  (документ № 54 Сборника 1960 г.):

“…по выпуске отпечатанного вашим превосходительством объявления, я наметил целый ряд сходов с участием почетных лиц и народа для разъяснений им, что именно и почему требуется.
В том числе такой именно сход был намечен и в селении Дагбит. Когда, объехав сходы волостей: Сиябской, Махалинской, Ходжа-Ахрарской и Ангарской, где выяснилось отрицательное отношение населения к реквизиции рабочих и склонность к проявлению сопротивления и учинению беспорядков, я доложил о сем вашему превосходительству, то получил указание о необходимости прекратить дальнейший сбор населения впредь до особого распоряжения.
Таким образом, сход в Дагбите был отложен, но население, как оказалось, все же собралось. Дознанием выяснилось, что утром 7 июля на базарную площадь у селения Дагбит стала собираться значительная толпа, причем часть ее с палками в руках. До приезда волостного управителя Хайдара Касымджанова, толпа потребовала от мирзы волостного управителя Кабулова выдачи ей списков населения в возрасте от 19 до 31 года, мотивируя свое требование тем, что в г. Самарканде их не составляют и составлять не будут, были указания и на неверность этих списков. Кабулов в выдаче списков отказал, предлагая дождаться приезда волостного управителя или распоряжения начальства. Часов в 8—9 утра приехал волостной управитель и распорядился списки вернуть; получив списки, толпа стала требовать еще каких-то списков. В это время или немного ранее на сход явился туземец Мулла Усман Абдурасулев, злейший враг покойного Кабулова, схватил покойного за плечо и в грубой форме потребовал выдачи списков. На указание покойного на неуместность подобного обращения Абдурасулев крикнул: «Бей»; покойный выхватил револьвер и сделал несколько выстрелов в воздух (по показанию одних пять, других два-три). Стоявший слева от Кабулова Абдурасулев после нового требования списков схватил Кабулова в охапку и кричал: «Убейте». Толпа набросилась на Кабулова и начала наносить удары, чем попало: нагайками, палками и, судя по одной резаной ране на лице, ножом.
В это время Кабулов нанес Абдурасулеву три пулевые раны: в грудь, живот и ногу. Ни волостной управитель, ни народный судья, по их словам, сделать ничего не могли. Судя по показаниям пятидесятников и других лиц, волостной управитель растерянно стоял шагах в десяти и ничего не предпринимал, а потом, выбравшись из толпы, вскрикнул и, сев на лошадь, ускакал; у него оказалась сквозная пулевая рана в области груди. Выяснить момент поранения волостного управителя и виновника не удалось, сам же он указывает, что поранение нанесено главным руководителем — Абдурасулевым.
Народный судья, по-видимому, отнесся безучастно к прекращению беспорядка, а может быть и перепугался, так как когда он, по его словам, обратился к толпе с увещанием, то ему посоветовали уходить и не мешаться, что он и сделал. Кроме Абдурасулева, главными подстрекателями были пятидесятники Дарханского сельского общества: Гадай Абдукадыров, Хальмумин Халмурадов, Азизкул Мурадов и Мухтар Хафизов, которые задержаны до распоряжения судебной власти. Раненый Абдурасулев был своими сообщниками отведен в сторону и дожидался окончания затеянного им дела. Когда Кабулов уже лежал без движения, кому-то показалось, что жизнь еще теплится в нем; по крику его, толпа еще раз принялась за избиение трупа. После того, как окончательная безжизненность Кабулова не возбуждала ни в ком сомнения, об этом было сказано Абдурасулеву. «Ну, слава богу, кончили»,— сказал он и просил своих сообщников отправить его в больницу.

Силовые меры военный губернатор принял оперативно (документ № 92 Сборника 1960 г.), благо для подобных мелких инцидентов область была вполне готова.

Для восстановления порядка мною был командирован в селение Дагбит уездный начальник с полсотней казаков. По прибытии их в Дагбит в 6’/г час. вечера селение было уже пусто, население разбежалось и попряталось. Виновные защитники, прикосновенные к беспорядку и насилию, в числе 30 чел., в том же числе ишаны и бывшие при них мюриды были задержаны и доставлены в Самарканд.

Дата:7 июля 1916 года, четверг
Место действия: Джизакский уезд, Самаркандская область

И.д. Джизакского уездного начальника подполковник П.И.Афанасьев доносит, что на подведомственной территории все спокойно, а инцидент на станции Куропаткино оказался бытовой дракой  (документ № 54 Сборника 1960 г.):

Возвратившись 7 июля в Джизак из Самарканда, никаких известий о волнениях и неудовольствиях среди населения уезда ни от кого не получал. Лица туземной и русской администрации, с которыми сегодня виделся, удостоверили, что население вполне спокойно и готовится к наряду. Пока тревожиться и ожидать дурного оборота дела нет никакого основания, думаю, что все, бог даст, обойдется благополучно.
Что касается случая с солдатами на Куропаткино, то имею по сему поводу дознание пристава Плотникова, из которого усматривается, что драка произошла сначала между туземным торговцем и одним из нижних чинов, который будто бы взял в лавке без денег несколько яблоков и стал уходить, сарт схватил его и стал отнимать яблоки; между ними началась драка, скоро подоспели на помощь, с одной стороны, нижние чины, а с другой,— сарты, и драка сделалась общей.

Дата:7 июля 1916 года, четверг

Место действия: Ферганская область

Самая проблемная – Ферганская область, от жителей которых русские ожидают наибольших проблем, пока что закипает незаметно для глаз русской администрации. Военный губернатор А.И.Гиппиус имеет полное право говорить “Но я же предупреждал…” Он тоже считает имеющиеся на территории войска и полицейские части, ведет переговоры с их командирами и Штабом Туркестанского военного округа, потому что уверен: магометане Ферганы себя еще покажут.

Дата:7 июля 1916 года, четверг

Место действия: Семиреченская область

В Семиречье если и есть какое-то брожение, то весьма слабое, неагрессивное. Военная администрация пребывает в спокойствии. Но в Верном имеется Розыскной пункт, который возглавляет ротмистр Особого корпуса жандармов В.Ф.Железняков. Этот офицер-контрразведчик очень озабочен и держит область под контролем.

Но по состоянию на 7 июля от него тоже нет никаких сведений и готовящихся выступлениях или призывах к неповиновению. Самое большее – откочевка отдельных волостей поближе к китайской границе. Но она тоже пока не носит массовый характер.

Дата:7 июля 1916 года, четверг

Место действия: Закаспийская область

В “Журнале (протоколе) совещания по вопросам, связанным с реквизицией рабочих от туземного населения Закаспийской области, согласно воспоследовавшего высочайшего повеления”, которое и.д. начальника области генерал-майор Н.Д.Калмаков проводил 12 июля в Асхабаде, (стр.32 Сборника “Восстание 1916 года в Туркмении “) отмечено, что в Асхабадском, Мервском и Тендженском уездах области в предыдущие дни шли переговоры с различными представителями туземного населения, в ходе которых оно в основном отвечало отказом на

“…предложения составить поаульные списки и самому произвести разверстку рабочих между собою.

Начальник Мервского уезда полковник Пересвет-Солтан пояснил, что им переговоры велись с разными классами населения, причем, молодежью, студентами высказано, что они сами не могут разобраться в предъявленном к ним требованиям, как захватившим их врасплох и что в дальнейшем должны предпринять также сами не знают. Старики и старейшины из населения сказали, что они не могут отпустить своих сыновей на войну, это расстроит их семейный уклад, ушедшие дети испортятся и будут для них совершенно негодными людьми. Что же касается внешнего влияния, то едва ли таковое нужно искать, а простая причина неисполнения – это боязнь неизвестности”.

Место действия: Красноводский уезд Закаспийской области

Вр. и. д. чикишлярского пристава Золотарев в рапорте на имя начальника Красноводского уезда Закаспийская области М. А. Шелашникова (документ № 270 Сборника 1960 г.).

На второй день, т. е. 7-го числа утром, населением были присланы старшины с ответом, что люди так далеко даны быть не могут.

Учитывая такой ответ аксакалов и поступающую информацию о настроениях туземцев, пристав далее в том же рапорте почти дословно повторяет текст донесения военного губернатора Самаркандской области

Принимая во внимание вышеизложенное, докладываю, что мирным путем население не пойдет, разве только с применением силы.

и, подводя итог, сообщает о привлечении военных к мероприятиям, направленным на предотвращение ухода туркмен за пределы российской территории.

О наблюдении за сухопутными границами мною сообщено командиру 1-го отдела 30-й пограничной Закаспийской бригады.

ПРЕДШЕСТВУЮЩИЙ ДЕНЬ                        СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ 


Author
Владимир Шварц

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *